катехизатор
катехизатор


О БОГЕ И ЧЕЛОВЕКЕ

Господь для уподобления нашего Отцу Небесному назначил нам милосердие, потому что творящих его приближает оно к Богу.

Кто желает исполнения воли Божией, тот небесных ангелов будет иметь путеводителями.

Есть три способа, которыми всякая разумная душа может приближаться к Богу: или горячностью веры, или страхом, или вразумлением Господним.

Человек, сомневающийся в том, что Бог — помощник в добром делании, боится даже тени своей, и во время достатка и обилия томится голодом, и при окружающей его тишине исполняется бури. А кто уповает на Бога, тот тверд сердцем, и всем людям явна досточестность его и пред всеми врагами его похвала его.

Телесным житием по Богу называются дела телесные, которые совершаются для очищения плоти добродетельной деятельностью посредством явных дел, которыми человек очищается от плотской нечистоты.

Очищение тела есть неприкосновенность к плотской скверне. Очищение души есть освобождение от тайных страстей, возникающих в уме. Очищение же ума совершается откровением тайн. Ибо очищается он от всего, что по своей принадлежности к плоти подлежит чувству.

Как душа по природе лучше тела, так и дело душевное лучше телесного. И как первоначально создание тела предшествовало вдохновению в него жизни, так и дела телесные предшествуют делу душевному.

Уныние — от парения ума, а парение ума — от праздности, пустого чтения и суетных бесед или от пресыщения чрева.

Если кто не прекословит помыслам, тайно вселяемым в нас врагом, но молитвою к Богу отсекает беседу с ними, то это служит признаком, что ум его обрел по благодати премудрость.

Царство ума есть распятие тела, и ум Богу не покоряется, если свобода не покорена разуму.

Сердечное дерзновение и пренебрежение опасностями бывают по одной из двух причин: или по жестокосердию, или по великой вере в Бога. За жестокосердием следует гордость, а за верою — смиренномудрие сердца. Человек не может стяжать надежды на Бога, если прежде в большой мере не исполнял волю Его. Ибо надежда на Бога и мужество сердца рождаются от свидетельства совести, и только при истинном свидетельстве ума нашего имеем мы упование на Бога.

Не проси совета у человека, который не ведет одинакового с тобою образа жизни, хотя он и очень мудр. Не всякий, подающий совет, достоин доверия, но только тот, кто прежде сам хорошо управил свободу свою и не боится осуждения и клеветы.

Как человек составлен из двух частей, то есть из души и тела, так и всё в нем требует двоякой заботы, сообразно с двойственностью его состава.

Христос Ипостасью Своею сделал обновление естества нашего, в Него облечены мы водою и Духом, и в неизреченном таинстве соединил Он нас с Собою и сделал членами тела Своего.

Кто отвращает лицо свое от скорбящего, для того омрачится день его. И кто пренебрегает просьбой страдающего, у того сыны в слепоте ощупью будут искать пути в дом его.

Зло есть недуг души, а прелесть — гибель истины.

Созерцание есть ощущение Божественных тайн, скрытых в вещах и в их причинах.

Страдания, в нынешнем веке переносимые за истину, не идут в сравнение с утешением, которое уготовано страдающим за доброе.

Не думай, что только приобретение золота и серебра — это любостяжательность (корыстолюбие), но и всё, что бы то ни было, к чему привязана воля твоя.

Если угодно подавать нищим, то подавай из собственного. А если вознамеришься жертвовать чужое, то знай: это — самый скверный сорняк пред Богом.

Приобрети чистоту в делах своих, чтобы озарялась душа твоя в молитве и памятованием о смерти зажигалась радость в уме твоем.

Не связывай свободы своей тем, что служит к наслаждению, чтобы не сделаться тебе рабом рабов.

Лучше тебе помириться с душою своею в единомыслии тройственного в тебе состава, то есть тела, души и духа, нежели пытаться учить и умиротворять разномыслящих.

Полезнее для тебя позаботиться о том, чтобы воскресить от страстей мертвость души твоей движением помыслов твоих к Божественному, нежели воскрешать умерших.

Плотолюбцам и чревоугодникам входить в исследование предметов духовных так же неприлично, как и блуднице разглагольствовать о целомудрии.

Огонь не возгорается в сырых дровах, и Божественная горячность не возжигается в сердце, любящем покой.

Блудница не пребывает в любви к одному, и душа, привязанная ко многим вещам, не пребывает в Божественных учениях.

Когда хочешь положить начало доброму деланию, приготовься сперва к искушениям, которые тебя постигнут, и не сомневайся в истине.

Кто прегрешения свои почитает малыми, тот впадает в худшее прежнего и понесет большее наказание.

Сей милостыню на смирении, и пожнешь милость на суде.

Без тишины помыслов ум не подвигнется в сокровенные таинства.

Без упования по вере душа не может смело противостоять искушениям.

Прежде нежели найдет на тебя скорбь, молись Богу — и во время горести найдешь Его, и услышит тебя.

Сближайся с праведными, и чрез них приблизишься к Богу. Общайся с имеющими смирение, и научишься их нравам.

Люби грешников, но ненавидь дела их и не пренебрегай грешными за недостатки их, чтобы самому тебе не впасть в искушение, в котором пребывают они.

Не укоряй требующих молитвы твоей и не лишай их добрых слов утешения, чтобы не погибли они и с тебя не был взыскан ответ за души их.

Никого не раздражай и никого не ненавидь ни за веру, ни за худые дела его, но берегись кого-либо и в чем-либо укорять или обличать, потому что есть у нас нелицеприятный Судия на небесах.

Если же хочешь обратить кого к истине, то скорби о нем и со слезами и с любовью скажи ему слово или два, а не воспаляйся на него гневом, и да не увидит в тебе признака вражды. Ибо любовь не умеет гневаться и раздражаться или укорять кого-то со страстью.

Тот милостив, кто в мысли своей не отличает одного человека от другого, но милует всех.

Если истинно ты милосерден, то, когда неправедно отнято у тебя твое, не скорби внутренне и не рассказывай об ущербе посторонним.

Пока человек служит Господу чем-либо чувственным, дотоле образы сего чувственного отпечатлеваются в помышлениях его и Божественное представляет он в образах телесных. Когда же получит он ощущение внутреннего, тогда по мере ощущения его и ум постепенно будет возвышаться над образами вещей.

Если не имеешь дел, не говори о добродетелях.

Более всякой молитвы и жертвы драгоценны пред Господом скорби за Него и ради Него.

Вино согревает тело, а слово Божие — ум.

С мужеством начинай всякое доброе дело, а не с двоедушием приступай к таким делам; не колеблись сердцем твоим в уповании на Бога, чтобы труд твой не стал бесполезен.

Никто не может ощутить немощь свою, если не будет попущено на него хоть малого искушения тем, что утомляет или тело, или душу. Тогда, сравнив свою немощь с Божиею помощью, тотчас познает ее величие. Но кто познал, что имеет нужду в Божией помощи, тот совершает много молитв. И в какой мере умножает их, в такой смиряется сердце. Ибо всякий молящийся и просящий не может не смириться. Сердца же сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже (Пс. 50, 19). Поэтому сердце, пока не смирится, не может перестать рассеиваться; смирение же собирает его воедино.

Где есть попечения о делах, не умножай попечений своих — и не будешь рассеянным в уме своем или в молитве своей.

Самооправдание — не христианского жития дело; об этом нет и намека в учении Христовом. Радуйся с радующимися и плачь с плачущими, ибо это — признак чистоты. С больными болезнуй, с грешными проливай слезы, с кающимися радуйся. Будь дружен со всеми людьми, а мыслью своею пребывай один. Принимай участие в страданиях всякого, а телом своим будь далеко от всех.

Если не можешь держать в благоустройстве свои помыслы, то хотя бы чувства свои сделай благоустроенными.

Если ты не миротворец, то не будь хотя бы любителем мятежа.

Не можешь стать рачительным — по крайней мере, в образе мыслей своих будь не как ленивый.

Если ты не в состоянии заградить уста клевещущему на друга своего, то, по крайней мере, остерегись от общения с ним.

Смирение собирает душу в безмолвие, и сосредоточивается она в себе самой.

Бесстрастие не в том состоит, чтобы не ощущать страстей, но в том, чтобы не принимать их в себя. Вследствие многих и различных добродетелей, явных и сокровенных, приобретенных святыми, страсти изнемогли в них и не легко могут восстать на душу, и ум не имеет нужды непрестанно быть в отношении к ним внимательным, потому что во всякое время исполнен мыслями своими вследствие размышления и беседы о наилучших образах, которые сознательно возбуждаются в разуме. И как только начинают возбуждаться страсти, ум внезапно уходит от сближения с ними каким-то уразумением, возникшим в уме, и страсти остаются в нем бездейственными.

Добрая мысль не западает в сердце, если она не от Божественной благодати; лукавый помысел не приближается к душе, разве только для искушения и испытания.

Воскресением души нужно называть исшествие из ветхости, именно чтобы произошел новый человек, в котором нет ничего от ветхого человека, по сказанному: И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам (Иез. 36, 26). Ибо тогда запечатлевается в нас Христос Духом премудрости и откровения познания Его.

Со святыми всегда бывает Промысел Божий, охраняющий и укрепляющий их. Им побеждает всякий человек, если бывает в подвиге и в страданиях мученических, и в прочих бедствиях, постигающих за Бога и ради Него претерпеваемых.

Сколько многочисленны и различны дары Божии роду человеческому, столько же бывает различия в приемлемых дарах и соответственно степени приемлющих эти дары.

Бывают меньшие и большие дары Божии; хотя все они высоки и чудны, но один превосходит другой славою и честью, и степень степени выше.

Если кто хочет, чтобы вселился в нем Господь, то принуждает он тело свое служить Господу, работает в заповедях Духа, написанных у апостола, и хранит душу свою от дел плотских, описанных апостолом (см. Гал. 5, 19).

Непрестанное изучение Писания — свет для души, потому что оно указывает душе полезные напоминания о том, чтобы остерегаться страстей и пребывать в любви к Богу чистотою молитвы, и также начертывает пред нами мирный путь по следам святых.

Сердце милующее — возгорение сердца у человека о всем творении, о человеках, о птицах, о животных и о всякой твари.

Нет человека, который бы с переменою обстоятельств не ощутил в уме своем перемены в отношении к предстоящему делу.

Если желание, как говорят, есть порождение чувств, то пусть умолкнут, наконец, утверждающие о себе, что и при развлечении сохраняют они мир ума.

Целомудрен не тот, кто в труде, во время борьбы и подвига говорит о себе, что прекращаются тогда в нем срамные помыслы, но кто истинностью сердца своего уцеломудривает созерцание ума своего.

Во всём, что встретится тебе в Писаниях, доискивайся цели слова, чтобы проникнуть тебе в глубину мысли святых и с большою точностью уразуметь ее.

Всякую вещь красит мера. Без меры обращается во вред и почитаемое прекрасным.

Слово от деятельности — сокровищница надежды; а мудрость, не оправданная деятельностью, — залог стыда.

Всякому человеку, который живет нечисто, желанна эта жизнь временная.

Ко всякому доброму делу, совершаемому в тебе сознательно или бессознательно, посредниками для тебя были крещение и вера, посредством которых призван ты Господом нашим Иисусом Христом на дела Его благие.

Умирись сам с собою, и умирятся с тобою небо и земля.

Потрудись войти во внутреннюю свою клеть — и узришь клеть небесную, потому что та и другая — одно и то же, и, входя в одну, видишь обе.

Естественное состояние души есть ведение Божиих тварей, чувственных и мысленных. Сверхъестественное состояние есть возбуждение к созерцанию пресущественного Божества. Противоестественное же состояние есть движение души в людях, мятущихся страстями.

Чистота ума — просветление Божественным в результате деятельного упражнения в добродетелях.

Движение помыслов в человеке бывает от четырех причин: во-первых, от естественной плотской похоти; во-вторых, от чувственного представления мирских предметов, о которых человек слышит и которые видит; в-третьих, от приобретенных понятий и от душевной склонности, какие человек имеет в уме; в-четвертых, от приражения бесов, которые воюют с нами, вовлекая во все страсти, по сказанным прежде причинам. Поэтому человек даже до смерти, пока он в жизни этой плоти, не может не иметь помыслов и брани.

Иное есть чистота ума, а иное — чистота сердца. Ибо ум есть одно из душевных чувств, а сердце заключает в себе и держит в своей власти внутренние чувства.

Закрой глаза свои на житейские приятности, да сподобит тебя Бог, чтобы мир Его царствовал в сердце твоем.

Воздерживайся от того, что видят очи твои, да сподобишься духовной радости.

Если любишь чистоту, при которой может быть видим Господь, то ни на кого не клевещи и не слушай того, кто клевещет на брата своего.

Наблюдающий за языком своим вовек не будет им окраден. Уста молчаливые истолковывают тайны Божии, а скорый на слова удаляется от Создателя своего.

Кто последует любящему Бога, тот обогатится тайнами Божиими, а кто последует неправедному и горделивому, тот удалится от Бога и возненавиден будет друзьями своими.

Простой хлеб на трапезе непорочного очищает душу вкушающего от всякой страсти.

Храни себя от многословия, ибо оно погашает в сердце мысленные движения, бывающие от Бога.

Кто прежде времени начинает дело, которое сверх его меры, тот ничего не приобретает, а усугубляет только себе вред.

Души, когда достигают чистоты, видят не телесно, но духовно, потому что телесное зрение совершается открыто и видит, что перед глазами, отдаленное же требует иного видения.

Когда ум совлечется ветхого человека и облечется в человека нового, благодатного, тогда узрит чистоту свою, подобную небесному цвету, которую старейшины сынов Израилевых наименовали местом Божиим, когда Бог явился им на горе (см. Исх. 24, 10).

Не давай, человек, свободы какому-либо из чувств своих, чтобы не дойти до невозможности снова возвратиться к свободе.

Не питай ненависти к грешнику, потому что все мы повинны; и если восстаешь на него ради Бога, то плачь о нем. И почему ты ненавидишь его? Ненавидь грехи его и молись о нем самом, чтобы уподобиться Христу, Который не имел негодования на грешников, но молился о них.

Пути премудрости нет конца; она шествует выше и выше, пока не соединит последователя своего с Богом. То и составляет ее признак, что постижение ее беспредельно, потому что Премудрость есть Сам Бог.

Тот разумен, кто действительно уразумел, что есть предел сей жизни. Он может положить предел и своим прегрешениям.

Крест есть воля, готовая на всякую скорбь. И Господь, когда хотел научить, почему это так, сказал: «Кто хочет жить в мире сем, тот погубит себя для жизни истинной; а кто погубит себя здесь ради Меня, тот обрящет себя там» (см. Мф. 10, 39), то есть обретет себя шествующий путем крестным и на нем утвердивший стопы свои.

Если в уме своем человек потеряет душу свою ради Господа, из любви ко Господу, тот неукоризненным и невредимым сохранится в жизнь вечную.

Тело не соглашается жить без удовлетворения нужд его, пока окружено тем, что служит к наслаждению и расслаблению, и ум не может удержать его от этого, пока тело не будет устранено от всего производящего расслабление.

Благодати предшествует смирение, а наказанию предшествует самомнение. Гордящемуся попускается впадать в хулу, и превозносящемуся добротою дел попускается впадать в блуд, а превозносящемуся своею мудростью попускается впадать в темные сети неведения.

Человек, далекий от всякого памятования о Боге, носит в сердце своем тревожимую лукавой памятью мысль против ближнего. Кто при памятовании о Боге чтит всякого человека, тот по мановению Божию втайне обретает себе помощь у всякого человека.

Кто защищает обиженного, тот поборником себе обретает Бога. Кто руку свою простирает на помощь ближнему своему, тот в помощь себе приемлет Божию силу.

Кто обвиняет брата своего в пороке его, тот обвинителя себе обретает в Боге.

Кто исправляет брата своего тайно, тот исцеляет собственный свой порок; а кто обвиняет кого-либо перед собранием, тот увеличивает болезненность собственных своих язв.

Кто втайне врачует брата своего, тот явною делает силу любви своей; а кто срамит его перед глазами друзей его, тот показывает в себе силу зависти.

Друг, обличающий тайно, — мудрый врач, а врачующий перед глазами многих в действительности есть ругатель.

Признак сострадательности — прощение всякого долга, а признак злого нрава — препирательство с согрешившим.

Кто делает вразумление с целью сделать здравым, тот вразумляет с любовью; а кто домогается мщения, в том нет любви.

К словам таинств, заключенным в Божественном Писании, не приступай без молитвы и прошения помощи у Бога.

Омрачение души происходит от беспорядочности в жизни.

Мера и определенные правила жизни просвещают ум и отгоняют смущение. Смущение же ума от беспорядочности производит в душе омрачение, а омрачением производится смятение.

Кто возбраняет устам своим клеветать, тот хранит сердце свое от страстей. А кто хранит сердце свое от страстей, тот ежечасно зрит Господа.

У кого помышление всегда о Боге, тот прогоняет от себя демонов и искореняет семя их злобы.

Кто ежечасно наблюдает за своею душою, у того сердце возвеселяется откровениями.

Кто зрение ума своего сосредоточивает внутри себя самого, тот зрит в себе зарю Духа.

Кто возгнушался всяким парением ума, тот зрит Владыку своего внутри сердца своего.

Когда душа упоена радостью надежды своей и весельем Божиим, тогда тело не чувствует скорбей, хотя и немощно, ибо несет сугубую тяготу — и не изнемогает, но наслаждается и содействует наслаждению души, хотя и немощно. Так бывает, когда душа входит в радость Духа.

Если сохранишь язык свой, то от Бога дастся тебе, брат, благодать сердечного умиления, чтобы при помощи ее увидеть тебе душу свою и ею войти в радость Духа. Если же преодолеет тебя язык твой, то поверь мне в том, что скажу тебе: ты никак не сможешь избавиться от омрачения. Если нечисто у тебя сердце, пусть чисты будут хотя уста.

Когда пожелаешь наставить кого-нибудь на добро, упокой его сперва телесно и почти его словом любви. Ибо ничто не преклоняет так человека на стыд и не заставляет бросить порок свой и перемениться на лучшее, как телесные блага и честь, какую видит от тебя.

Человек ревнивый никогда не достигает мира ума, а чуждый мира душевного — чужд и радости.

Тебе кажется, что ты, человек, обнаруживаешь ревность свою против чужих недугов, а в действительности свою душу лишил здравия. Если же желаешь врачевать немощных, то знай, что больные более нуждаются в заботе о них, нежели в порицании.

Кто скорбит сердцем, а чувствам своим дает свободу, тот подобен больному, который страждет телесно, а уста имеет отверстыми для всякой вредной ему снеди.

Милосердие и правосудие в одной душе — то же, что человек, который в одном доме поклоняется Богу и идолам. Милосердие противоположно правосудию. Правосудие есть уравнивание точной меры, потому что каждому дает, чего он достоин, и при воздаянии не допускает склонения на одну сторону или лицеприятия. А милосердие есть печаль, возбуждаемая благодатью, и ко всем сострадательно преклоняется: кто достоин зла, тому не воздает злом, и кто достоин добра, того преисполняет с избытком.

Праведник немудрый — светильник при свете солнца.

Молитва злопамятного — сеяние на камне.

Немилостивый подвижник — бесплодное дерево.

Обличение из зависти — ядовитая стрела.

Похвала льстеца — скрытая сеть.

Глупый советник — слепой страж.

Пребывание с неразумными — ранение сердца.

Беседа с разумными — сладкий источник.

Мудрый советник — стена упования.

Глупый и неразумный друг — хранилище вреда.

www.wco.ru/biblio/books/isaaks2/H03-T.htm